Язычники могли заключить на основании разума, что ростовщик есть четырежды вор и убийца. Мы же, христиане, так их почитаем, что чуть не молимся на них ради их денег.
Мартин Лютер (1483-1546 гг.), видный деятель Реформации, основатель протестантизма (лютеранства) в Германии; идеолог немецкого бюргерства.
Когда-то греческий царь Мидас оказал услугу богу Дионису, и тот в знак благо¬дарности предложил ему выбрать любой дар. Мидас попросил: «О великий Дионис, сделай так, чтобы всё, чего я касаюсь, превращалось бы в чистое блестящее золото!».
Дионис предложил Мидасу подумать, хорошо подумать, прежде чем просить такой дар. Мидас стал настаивать на своём. Тогда Дионис исполнил его желание. Радуясь полученному дару, Мидас сорвал с дуба зелёную ветку, и она превратилась в его руках в золо¬то; сорвал яблоко, и оно стало золотым; моет он руки – вода с них стекает золотыми каплями.
Вернулся он во дворец, и слуги приготовили ему богатый ужин. Только тут осознал он, какой ужасный дар попросил он у Диониса. От одного только прикосновения золотыми становились у него во рту и хлеб, и все яства, и вино. Понял он, что придётся ему умереть с голоду. Обратился он к Дионису: «Помилуй меня, возьми свой дар назад».
Мораль сей сказки такова.
Первобытные люди могли заключить на основании своего разума, что богатство общества состоит не в непригодных для потребления деньгах, а в пригодных для потребления пище, одежде, жилье и т.д., короче – в жизненно необходимых материальных средствах существования, воспроизводимых трудом общества. Современный же человек настолько обезумел от жадности к деньгам, что ради них сокращает производство материальных средств существования или вообще уничтожает их. За примерами далеко ходить не надо. В погоне за деньгами, сокращается масса продукта. Вчера килограмм, скажем, сахара стоил 50 рублей, сегодня столько же стоит уже 800 грамм сахара. Если не удаётся продать, скажем, жильё, то оно пустует месяцами и годами, между тем как сотни тысяч людей ютятся в лачугах.
Если бы царь Мидас оказался бы в современном буржуазном обществе, то он сиганул бы обратно в первобытное, чтобы не рехнуться от идиотизма буржуазного.
Идиотизм буржуазного общества именно в том и состоит, что в этом обществе трудовой народ (который и создаёт жизненно необходимые материальные средства существования) не имеет приличного жилья, питания и т.д. не потому, что не может производить их в достаточном количестве и добротного качества, а потому, что у него не хватает или вообще нет денег, чтобы их купить.
До какого сумасшествия могут довести человека деньги в буржуазном обществе, показывает то, что в этом обществе человеку дают, даже навязывают, кредит (микрозайм) на еду под проценты. До такого скотства не доходили даже рабовладельческое и феодальное общества. В этих обществах была простая благотворительность: беднякам и нищим даром раздавали хлеб и другую пищу. В буржуазном же обществе даже благотворительность превращается в гнусное ростовщичество и мошенничество.
|
|
